Голоса Восстановления

«Когда мой муж переводил Книгу Мормона, я записывала часть перевода, пока он диктовал каждое предложение, слово за словом, и когда доходил до имен собственных, которых не мог произнести, или длинных слов, то говорил их по буквам, и если я, записывая их, делала ошибку, он останавливал меня и поправлял, хотя ему совсем не было видно, что именно я пишу в данный момент. Сперва он не мог произнести даже имя Сария; ему приходилось диктовать его по буквам, а я озвучивала для него, как оно произносится».

«Нередко листы просто лежали на столе, и [Джозеф] даже не пытался их спрятать, а лишь оборачивал их в тонкую льняную скатерть, которую я дала ему для этой цели. Однажды, пока они лежали на столе, я могла осязать листы, составляя представление об их очертании и форме. Они оказались гибкими как толстая бумага и издавали шелест подобно шелесту тонких металлических листов, когда к их краям прикасались пальцами, как прикасаются к краям страниц обычной книги…

Я верю, что Книга Мормона Божественно подлинна – у меня нет в этом ни малейшего сомнения. Я убеждена, что ни один человек не смог бы надиктовать эти рукописи, не будучи вдохновлен свыше; ибо, когда [я была] его писарем, [Джозеф] диктовал мне час за часом; и, возвратившись после еды или после перерыва, он сразу же начинал с того места, где остановился, не заглядывая в мои записи и не прося зачитать ему какую-либо их часть. Это было для него обычным делом. Было бы невероятно, чтобы это мог сделать человек ученый; а для того, кто был столь несведущ и необразован, как он, это было просто невозможно».

«Я написал своим пером всю Книгу Мормона (за исключением нескольких страниц), в том виде, в каком она сходила с уст Пророка Джозефа Смита, а он перевел ее даром и силой Бога при помощи Урима и Туммима, или, как они называются этой книгой, ‘святых истолкователей’. Я видел собственными глазами и держал собственными руками золотые листы, с которых она была переведена. Я также видел истолкователи».