Я снова увижу Селесту

Я встаю на пятки и окидываю взглядом двор. Рядом с домом Джонсонов, где мы с мамой только что высадили цветочные луковицы, проходит темная полоса почвы. Я прикасаюсь к земле и вздыхаю.

«Спасибо, что помогла посадить цветы», – говорит мама.

Я смотрю на свои руки, покрытые грязью, и молчу. Я думаю о Селесте Джонсон. Селесте, которая раньше жила в этом доме. Селесте, которая была почти моей ровесницей. Селесте, которая вместе со мной пришла в Первоначальное общество. Мы играли и ходили друг к другу на дни рождения. Иногда мы ставили палатку у нее на участке и притворялись, будто идем в поход. Она была моей лучшей подругой.

Селесты больше нет. Несколько месяцев назад она погибла в автокатастрофе. Мы с семьей много плакали. Селеста была нашей подругой, и мы знали, что будем скучать по ней. Мы плакали, потому что папа Селесты пострадал в той аварии. Мы плакали, потому что семье Селесты было грустно.

Мне очень хотелось чем-то им помочь. Я подарила мягкую игрушку Элле, младшей сестре Селесты. А еще я помогла некоторым людям из нашего прихода приготовить подарки для семьи Селесты. Мне хотелось, чтобы они знали, что кто-то их любит.

На похоронах Селесты я сидела рядом с ее друзьями из церкви. Мы спели песню «Вера» из Первоначального общества, которую любила Селеста. Она о том, что мы можем снова жить с Богом. Это напомнило мне, что я снова увижу Селесту. На кладбище я положила цветок на крышку гроба. Все, кто знали Селесту, все еще очень грустили. Нам ее не хватало. Но мне становилось не так тоскливо, когда я молилась и постилась. Мне также помогало чтение Священных Писаний и общение с друзьями из церкви.

Сегодня мы приехали к Джонсонам, чтобы помочь им высадить цветочные луковицы во дворе. Сейчас эти луковицы маленькие и коричневые. Не знаю точно, что из них вырастет весной, но, наверное, что-то красивое.

Мама некоторое время наблюдает за мной, а потом говорит: «Знаешь, что мне нравится в луковицах?»

Я мотаю головой. Солнце светит ярко, и мне приходится щуриться, глядя на нее. «Что?»

«Цветы, которые вырастают из этих луковиц, зимой погибают, но всегда возвращаются весной, – говорит она. – Они напоминают мне о воскресении. Когда цветы уже погибли, их не видно, но это не значит, что их больше нет. Так же происходит с Селестой и всеми нами, когда мы умираем. Благодаря Иисусу Христу все мы воскреснем и будем жить».

Я смотрю на кучки земли. Луковицы будут расти, расти и расталкивать эту землю. Я знаю, что к весне они станут прекрасными цветами, и знаю, что снова увижу Селесту.

Я наклоняюсь над грядкой, в которую посажены луковицы, и посылаю воздушный поцелуй. «Увидимся весной!» – шепчу я.

Рисунки Шоны Дж. C. Тенни.